Я вот тут активно думаю про друзей. Говорят, настоящих много не бывает.
А сколько у вас?
А сколько у вас?
Прощать всем нисколько не лучше, чем не прощать никому.
Неудачник не тот, кого рок грызет.
И соседки пальцем тычут, судача.
Неудачник - тот, кому повезет,
а он не сумеет схватить удачу!
(Маяковский)
И соседки пальцем тычут, судача.
Неудачник - тот, кому повезет,
а он не сумеет схватить удачу!
(Маяковский)
Вот все-таки, что ни говорите, а хороших людей все равно больше, чем плохих.
Сразу с двумя моими знакомыми на минувшей неделе произошли события, которые вернули им поколебавшуюся было веру в человечество.
Началось все с того, что моя коллега потеряла ключи от квартиры. Все бы ничего, но на ее ключах в силу некоторой безалаберности характера осталась бирка с номером квартиры. В новый дом она въехала недавно, и бирку так и не собралась снять.
Пропажа обнаружилась поздним вечером, когда женщина приехала с работы. В сумке ключей не было. Пришлось вызывать такси, ехать в маме за запасной связкой, затем возвращаться обратно и с некоторым ужасом обходить квартиру. За целый рабочий день у непрошеных гостей была уйма времени.
Но в квартире все лежало на своих местах. И брошенный посредине кухонного стола айфон. И ювелирные украшения. И пластиковая банковская карточка. Удалось перевести дух и решить, что ключи посеялись где-то далеко от дома.
На следующий день моя знакомая снова собралась на работу. Каково же было ее изумление, когда снаружи входной двери в замочной скважине торчала связка с ключами. Ее обнаружил на полу подъезда кто-то из рано встающих соседей и, чтобы не будить растяпу, просто вставил в замок.
А спустя некоторое время похожая история приключилась с моим приятелем. Придя домой, он не обнаружил в руках ключей от машины. Вернувшись к автомобилю, он пошарил вокруг, ничего не нашел, убедился, что машина закрыта, и отправился восвояси.
Настроение было препаршивое, потому что запасной ключ был вшит внутри для дистанционного запуска двигателя, а в салоне оставался портфель с документами и даже некоторой суммой денег.
Нужно ли говорить, что ночь для моего знакомого выдалась беспокойной. А утром, подойдя к родному автомобилю, он увидел… связку с ключами, заботливо вставленную кем-то в замочную скважину. Машину никто не открывал.
«Нам никакой кризис не страшен. У нас такие люди хорошие», — такой вывод сделали оба моих знакомых. А неизвестным спасителям они оба говорят огромное спасибо.
Сразу с двумя моими знакомыми на минувшей неделе произошли события, которые вернули им поколебавшуюся было веру в человечество.
Началось все с того, что моя коллега потеряла ключи от квартиры. Все бы ничего, но на ее ключах в силу некоторой безалаберности характера осталась бирка с номером квартиры. В новый дом она въехала недавно, и бирку так и не собралась снять.
Пропажа обнаружилась поздним вечером, когда женщина приехала с работы. В сумке ключей не было. Пришлось вызывать такси, ехать в маме за запасной связкой, затем возвращаться обратно и с некоторым ужасом обходить квартиру. За целый рабочий день у непрошеных гостей была уйма времени.
Но в квартире все лежало на своих местах. И брошенный посредине кухонного стола айфон. И ювелирные украшения. И пластиковая банковская карточка. Удалось перевести дух и решить, что ключи посеялись где-то далеко от дома.
На следующий день моя знакомая снова собралась на работу. Каково же было ее изумление, когда снаружи входной двери в замочной скважине торчала связка с ключами. Ее обнаружил на полу подъезда кто-то из рано встающих соседей и, чтобы не будить растяпу, просто вставил в замок.
А спустя некоторое время похожая история приключилась с моим приятелем. Придя домой, он не обнаружил в руках ключей от машины. Вернувшись к автомобилю, он пошарил вокруг, ничего не нашел, убедился, что машина закрыта, и отправился восвояси.
Настроение было препаршивое, потому что запасной ключ был вшит внутри для дистанционного запуска двигателя, а в салоне оставался портфель с документами и даже некоторой суммой денег.
Нужно ли говорить, что ночь для моего знакомого выдалась беспокойной. А утром, подойдя к родному автомобилю, он увидел… связку с ключами, заботливо вставленную кем-то в замочную скважину. Машину никто не открывал.
«Нам никакой кризис не страшен. У нас такие люди хорошие», — такой вывод сделали оба моих знакомых. А неизвестным спасителям они оба говорят огромное спасибо.
Представьте себе, сколько было бы книг, если идея о Гарри Поттере пришла бы в голову Дарье Донцовой!
Первые десять книг он бы только искал поезд, следующий в Хогвардс.
Первые десять книг он бы только искал поезд, следующий в Хогвардс.
С той только разницей, что учатся читать значительно раньше, соответственно все стадии от «хочу, но не могу» до полного охлаждения происходят быстрее.
В 6 лет мне в руки попала моя первая большая толстая книга «Молодая гвардия». Я прочитала ее за каких-то пару дней весенних каникул, скрючившись в родительском кресле с яблоком и фломастером, — выписывала номера страниц, которые произвели самое неизгладимое впечатление. Поняв, что книги — это Клондайк для тех, кто хочет много знать и быть самым умным, я на следующие несколько лет ушла из жизни. В библиотеку.
Я даже говорить стала исключительно книжными словами: не «спорим», а «держу пари», не «ты дурак», а «меня пугает твоя ограниченность»… Однажды заработала мозоли, притащив из библиотеки 21 книгу толщиной в свою руку. Никому столько не давали, а мне вот давали. Я была горда. В своем классе я была самая опытная читательница.
А потом в моей жизни грянул филфак. И выяснилось, что я еще вообще, можно сказать, книжного клея не нюхала. Были маньяки и почище. Вот тогда 21 книга толщиной в мою руку стала не приятным исключением, а постоянным моим сопровождением каждую неделю. И эти книги были намного умнее и интереснее, чем в школе. Они могли сделать меня по масштабу умища где-то между хозяйкой Вселенной и нашим деканом. Но… оказалось, что литературные сюжеты, в общем-то, все наперечет. И что все это уже сказано давным-давно, а новые писатели и философы только перетрактовывают…
После филфака то ли книги постепенно перестали возбуждать воображение, то ли мозги выработали свой ресурс. Словом, вопрос о чтении для меня стоять перестал. И лишь иногда, когда книжка получила особенно хорошие отзывы, рука к ней тянется… А вот мои коллеги говорят, что чтение — это прекрасно, и читают много и с удовольствием. Я им завидую, но читать в прежних объемах, наверное, не смогу еще долго.Увы.
Впрочем, есть у меня знакомые, которые даже не знают, кто такой Голдсмит. Значит, я не самая отсталая в вопросах се… то есть чтения.
В 6 лет мне в руки попала моя первая большая толстая книга «Молодая гвардия». Я прочитала ее за каких-то пару дней весенних каникул, скрючившись в родительском кресле с яблоком и фломастером, — выписывала номера страниц, которые произвели самое неизгладимое впечатление. Поняв, что книги — это Клондайк для тех, кто хочет много знать и быть самым умным, я на следующие несколько лет ушла из жизни. В библиотеку.
Я даже говорить стала исключительно книжными словами: не «спорим», а «держу пари», не «ты дурак», а «меня пугает твоя ограниченность»… Однажды заработала мозоли, притащив из библиотеки 21 книгу толщиной в свою руку. Никому столько не давали, а мне вот давали. Я была горда. В своем классе я была самая опытная читательница.
А потом в моей жизни грянул филфак. И выяснилось, что я еще вообще, можно сказать, книжного клея не нюхала. Были маньяки и почище. Вот тогда 21 книга толщиной в мою руку стала не приятным исключением, а постоянным моим сопровождением каждую неделю. И эти книги были намного умнее и интереснее, чем в школе. Они могли сделать меня по масштабу умища где-то между хозяйкой Вселенной и нашим деканом. Но… оказалось, что литературные сюжеты, в общем-то, все наперечет. И что все это уже сказано давным-давно, а новые писатели и философы только перетрактовывают…
После филфака то ли книги постепенно перестали возбуждать воображение, то ли мозги выработали свой ресурс. Словом, вопрос о чтении для меня стоять перестал. И лишь иногда, когда книжка получила особенно хорошие отзывы, рука к ней тянется… А вот мои коллеги говорят, что чтение — это прекрасно, и читают много и с удовольствием. Я им завидую, но читать в прежних объемах, наверное, не смогу еще долго.Увы.
Впрочем, есть у меня знакомые, которые даже не знают, кто такой Голдсмит. Значит, я не самая отсталая в вопросах се… то есть чтения.
Всю ночь под нашим окном плакала собака.
Какая-то сволочь, ее хозяин, привязал ее к железному ограждению клумбы и ушел, оставив пса под мокрым снегом.
Пес непрестижной породы «двортерьер» терпеливо перебирал лапами по осклизлому сугробу и натужно всматривался вдаль. Ждал хозяина. Завыл он где-то около трех часов ночи, видимо устав от бесплодного ожидания, замерзнув и отчаявшись.
На насиженном месте оставалась небольшая лужица, которая затем вновь затягивалась корочкой льда. Собака дрожала и плакала, периодически срываясь на хриплый лай. Это означало, что мимо идут какие-то люди. Ничего хорошего от людей пес не ждал.
У нас, ставших невольными слушателями этого плача, была надежда, что хозяин собаки пришел к кому-то в гости и пьет водку в теплой квартире, но скоро, совсем скоро они с несчастной псиной пойдут домой. Но утро вытесняло ночь из двора, а пес все сидел, не решаясь прилечь на холодную землю.
В 9 утра, когда я шла на работу, он яростно облаял меня. Видимо, за то, что я не возьму его в свою квартиру, где вольготно нежится на двуспальной кровати мой обласканный жизнью толстенький мопс, утром расцелованный в умильную мордочку. Перед замерзшим уличным псом стояла красная кастрюля в горошек. Кто-то из сердобольных соседей вынес ему каши с молоком.
Весь рабочий день я думала об этой собаке. Мне представлялось, как он сидит все там же, привязанный к забору, брошенный и несчастный. Я не знала, как сказать мужу, что его нужно пустить в квартиру, чтобы он не провел «под забором» еще одну ночь и как при этом спасти жизнь мопсу, которым двортерьер легко мог поужинать. Не знаю, чего я боялась больше: того, что он все еще под моими окнами, или того, что его там нет. За целый день у менее сердобольных соседей было время вызвать спецавтохозяйство.
В 7 вечера собаки во дворе не было. Позже я узнала, что за ним пришла заплаканная хозяйка. Очевидцы говорят, что пес был счастлив, когда его забирали. Счастлив, несмотря на то, что эта сволочь, его хозяин, когда-нибудь снова может привязать его в чужом дворе.
Какая-то сволочь, ее хозяин, привязал ее к железному ограждению клумбы и ушел, оставив пса под мокрым снегом.
Пес непрестижной породы «двортерьер» терпеливо перебирал лапами по осклизлому сугробу и натужно всматривался вдаль. Ждал хозяина. Завыл он где-то около трех часов ночи, видимо устав от бесплодного ожидания, замерзнув и отчаявшись.
На насиженном месте оставалась небольшая лужица, которая затем вновь затягивалась корочкой льда. Собака дрожала и плакала, периодически срываясь на хриплый лай. Это означало, что мимо идут какие-то люди. Ничего хорошего от людей пес не ждал.
У нас, ставших невольными слушателями этого плача, была надежда, что хозяин собаки пришел к кому-то в гости и пьет водку в теплой квартире, но скоро, совсем скоро они с несчастной псиной пойдут домой. Но утро вытесняло ночь из двора, а пес все сидел, не решаясь прилечь на холодную землю.
В 9 утра, когда я шла на работу, он яростно облаял меня. Видимо, за то, что я не возьму его в свою квартиру, где вольготно нежится на двуспальной кровати мой обласканный жизнью толстенький мопс, утром расцелованный в умильную мордочку. Перед замерзшим уличным псом стояла красная кастрюля в горошек. Кто-то из сердобольных соседей вынес ему каши с молоком.
Весь рабочий день я думала об этой собаке. Мне представлялось, как он сидит все там же, привязанный к забору, брошенный и несчастный. Я не знала, как сказать мужу, что его нужно пустить в квартиру, чтобы он не провел «под забором» еще одну ночь и как при этом спасти жизнь мопсу, которым двортерьер легко мог поужинать. Не знаю, чего я боялась больше: того, что он все еще под моими окнами, или того, что его там нет. За целый день у менее сердобольных соседей было время вызвать спецавтохозяйство.
В 7 вечера собаки во дворе не было. Позже я узнала, что за ним пришла заплаканная хозяйка. Очевидцы говорят, что пес был счастлив, когда его забирали. Счастлив, несмотря на то, что эта сволочь, его хозяин, когда-нибудь снова может привязать его в чужом дворе.
Я узнаю вас из тысяч. В глазах ваших — печаль, в руках — упаковки подгузников, вот эти, сиреневые, впитывают лучше всего, а в вашем доме — неизлечимо больной. Чаще всего лежачий.
И, как бы ни называлась эта дрянь, — инсульт, рак, болезнь Альцгеймера — она поделила жизнь на две половины, на «до» и «после»…
Теперь время расписано по минутам, а на всех праздниках вы желаете всем только здоровья. Только здоровья!
Ваши руки пахнут хлоркой, чтобы комнаты не пахли чем-то иным.
Ваши руки пахнут лекарством, потому что у вас нет денег на сиделок. Вы сами делаете уколы и лечите пролежни. Вы знаете о болезни так много, что эти знания преумножают вашу скорбь.
Ваши руки пахнут страхом, потому что вы смертельно боитесь. Боитесь застойной пневмонии, сквозняка, вирусов, некачественной еды, долгой ночи — всего, что может нарушить шаткое равновесие в измученном организме вашего больного. Вы боитесь, что он заметит ваш страх.
…А поздно вечером, когда становится тихо, вы садитесь на кухне с чашкой чая или сигаретой. С мужем или без. Вы думаете о том, что совсем недавно хотели завести еще одного ребенка, но вашим ребенком стал парализованный отец. И эти подгузники… они тоже для «маленьких», которые уже никогда не станут взрослыми. Вы уже не задаете вопрос «За что?», потому что ответ еще страшнее, чем вопрос.
Вы знаете, что из всего этого есть только один выход, и он вас совершенно не устраивает. Вы хотите заплакать, но не можете. Вы очень устали.
У вас уже нет сил, потому что вы бессильны что-либо изменить. Вам сказали, что это не лечится. Вам сказали, что чудес не бывает. Но вы упорно верите в чудо. И чудо происходит! И у вас находятся силы не раздражаться, утешить, поднять, перевернуть, 10 раз встать за ночь, пошутить тогда, когда хочется выть. А однажды ваша мама, с которой всю жизнь у вас были нелады, еще действующей рукой напишет: «Теперь я знаю, как выглядит ангел. Это ты».
И, как бы ни называлась эта дрянь, — инсульт, рак, болезнь Альцгеймера — она поделила жизнь на две половины, на «до» и «после»…
Теперь время расписано по минутам, а на всех праздниках вы желаете всем только здоровья. Только здоровья!
Ваши руки пахнут хлоркой, чтобы комнаты не пахли чем-то иным.
Ваши руки пахнут лекарством, потому что у вас нет денег на сиделок. Вы сами делаете уколы и лечите пролежни. Вы знаете о болезни так много, что эти знания преумножают вашу скорбь.
Ваши руки пахнут страхом, потому что вы смертельно боитесь. Боитесь застойной пневмонии, сквозняка, вирусов, некачественной еды, долгой ночи — всего, что может нарушить шаткое равновесие в измученном организме вашего больного. Вы боитесь, что он заметит ваш страх.
…А поздно вечером, когда становится тихо, вы садитесь на кухне с чашкой чая или сигаретой. С мужем или без. Вы думаете о том, что совсем недавно хотели завести еще одного ребенка, но вашим ребенком стал парализованный отец. И эти подгузники… они тоже для «маленьких», которые уже никогда не станут взрослыми. Вы уже не задаете вопрос «За что?», потому что ответ еще страшнее, чем вопрос.
Вы знаете, что из всего этого есть только один выход, и он вас совершенно не устраивает. Вы хотите заплакать, но не можете. Вы очень устали.
У вас уже нет сил, потому что вы бессильны что-либо изменить. Вам сказали, что это не лечится. Вам сказали, что чудес не бывает. Но вы упорно верите в чудо. И чудо происходит! И у вас находятся силы не раздражаться, утешить, поднять, перевернуть, 10 раз встать за ночь, пошутить тогда, когда хочется выть. А однажды ваша мама, с которой всю жизнь у вас были нелады, еще действующей рукой напишет: «Теперь я знаю, как выглядит ангел. Это ты».
Мужчины утрачивают самоуважение не так, как женщины.
Женщина перестает следить за собой, спит с кем попало и где попало, пьет водку из мыльницы, но она практически никогда не просит денег на улице у прохожих. Цыганок я не считаю. А вот мужчины, просящие денег, встречаются почти каждый день.
Они подходят, стараются быть вежливыми, говорить тихо и смотреть жалобно. При этом кто-то уже нетрезв, и он чаще, чем другие, получает отказ. Кто-то грязен и жалок, поэтому у него шансов больше, потому что, возможно, ему не на что не только выпить, но и поесть. А кто-то выглядит вполне прилично и рассказывает, что приехал по делам из Череповца, а вот на обратный билет не хватает, и ему очень неудобно, но он не какой-то там, он непьющий, просто вот обстоятельства…
Что греха таить, я, как правило, деньги все-таки даю. Десять рублей или горсть мелочи меня не обанкротят, а вот портить себе карму лишним отказом ни к чему. Однако само явление — попрошайничающие мужчины трудоспособного возраста — настораживает. А еще очень противно давать деньги мужчине. Хоть приличному, хоть бомжу. Хоть на водку, хоть на хлеб. Это противоестественно.
Один мой знакомый предположил, что мужчины попрошайничают на улице чаще у женщин потому, что они — добытчики, так что делают это еще и для своих женщин. В общем, как могут, так и добывают.
Смешно, что мужчины всегда просят исключительно у женщин. Не только потому, что женщина по природе своей добросердечнее, но и потому, что подсознательно пользуются научным подходом. Ведь психологи говорят, что люди реже отказывают лицам противоположного пола — мол, генетически так заложено, что между мужчинами и женщинами естественное состояние притяжения, а не отторжения.
Хуже уличных попрошаек только те случаи, когда мужчина берет деньги у женщины в долг. И не отдает. Наверное, ему потом западло давать деньги просто так. Ведь он их заработал тяжелым трудом. А женщина, наверное, просто взяла у мужа или получила в кассе за нетрудную работу.
Женщина перестает следить за собой, спит с кем попало и где попало, пьет водку из мыльницы, но она практически никогда не просит денег на улице у прохожих. Цыганок я не считаю. А вот мужчины, просящие денег, встречаются почти каждый день.
Они подходят, стараются быть вежливыми, говорить тихо и смотреть жалобно. При этом кто-то уже нетрезв, и он чаще, чем другие, получает отказ. Кто-то грязен и жалок, поэтому у него шансов больше, потому что, возможно, ему не на что не только выпить, но и поесть. А кто-то выглядит вполне прилично и рассказывает, что приехал по делам из Череповца, а вот на обратный билет не хватает, и ему очень неудобно, но он не какой-то там, он непьющий, просто вот обстоятельства…
Что греха таить, я, как правило, деньги все-таки даю. Десять рублей или горсть мелочи меня не обанкротят, а вот портить себе карму лишним отказом ни к чему. Однако само явление — попрошайничающие мужчины трудоспособного возраста — настораживает. А еще очень противно давать деньги мужчине. Хоть приличному, хоть бомжу. Хоть на водку, хоть на хлеб. Это противоестественно.
Один мой знакомый предположил, что мужчины попрошайничают на улице чаще у женщин потому, что они — добытчики, так что делают это еще и для своих женщин. В общем, как могут, так и добывают.
Смешно, что мужчины всегда просят исключительно у женщин. Не только потому, что женщина по природе своей добросердечнее, но и потому, что подсознательно пользуются научным подходом. Ведь психологи говорят, что люди реже отказывают лицам противоположного пола — мол, генетически так заложено, что между мужчинами и женщинами естественное состояние притяжения, а не отторжения.
Хуже уличных попрошаек только те случаи, когда мужчина берет деньги у женщины в долг. И не отдает. Наверное, ему потом западло давать деньги просто так. Ведь он их заработал тяжелым трудом. А женщина, наверное, просто взяла у мужа или получила в кассе за нетрудную работу.
Почему в России не любят успешных людей, а во всем мире — любят? Я не знаю. Может быть, вы мне поможете разобраться. Это, конечно, не впрямую так. Там тоже есть понятия «зависть», «ревность к чужому успеху», но все равно у нас больше не любят успешных. Обалдеть можно. Чем успешнее человек, тем больше хотят, чтобы он согнулся, упал, чтоб у него все было плохо. А когда он падает, его начинают топтать.
Это русская наша черта?
Это русская наша черта?